Ваше сообщение успешно отправлено!

Смертельные иллюзии Ромена Гари

История выдающегося французского писателя русского происхождения.

«Мне надоело быть только самим собой. Мне надоел образ Ромена Гари, который мне навязали раз и навсегда тридцать лет назад… Начать все заново, еще раз все пережить, стать другим – это всегда было величайшим искушением моей жизни…». Это строчки из ставшего в одночасье знаменитым эссе «Жизнь и смерть Эмиля Ажара». Опубликованное уже после смерти писателя, оно разоблачило одну из самых грандиозных мистификаций за всю историю литературы.


Параллельный миф

Людям нужны легенды. В них верят и простые смертные, и гении. Более того, последние, укрепляя в веру в правдивость окружающих их имя легенд в сердцах и умах других, начинают сами в них верить еще больше. Ромена Гари эти легенды окружали с детства, и, что самое интересное, они вполне мирно уживались с действительностью. Если брать за основу реальную биографию писателя, он родился в литовском Вильно в 1914 году в семье польских евреев Арье-Лейба Касева и Мины Овчинской, актрисы провинциального театра, выступающей под псевдонимом Нина Борисовская. Правда, тогда Ромена Гари еще звали Ромой Касевым. Позднее отец ушел из семьи, и все заботы по воспитанию горячо любимого сына взяла на себя мать. Если же верить рассказам самой Мины Овчинской, ее ненаглядный Ромушка родился, когда они уже жили в Москве, в результате роковой страсти, вспыхнувшей между нею и прославленным актером немого кино Иваном Мозжухиным. И хотя Роман носил фамилию Касев, они с матерью предпочитали верить в эту красивую историю.

Себя саму Мина Овчинская считала великой актрисой, таланту которой помешали в полной мере раскрыться революция и все тяготы того неспокойного времени. Так ли это было на самом деле, или ее дарование не стеснили бы провинциальные подмостки – сказать уже трудно. Достоверно известно лишь одно: единственная роль, которую она исполняла вдохновенно, которой она жила и дышала, была роль матери. Она шила шляпки, торговала бижутерией, ходила по квартирам и предлагала якобы фамильные драгоценности, принадлежавшие эмигрировавшим из России великим князьям и княгиням (в 1928 году, получив после долгих ожиданий вид на жительство во Франции, они из Польши перебрались в Ниццу), работала педикюршей, была совладелицей овощной лавки и конторы по торговле недвижимостью и даже держала что-то вроде мини-гостиницы для собак – и все для того, чтобы ее Ромушка ни в чем не нуждался. Ее мальчика ждет слава – нужно лишь найти тот кратчайший путь, который к ней приведет. «Ты будешь французским посланником! Тебя будут обожать женщины! – восклицала она, утирая счастливые слезы, – только надо набраться терпения». Фехтование, стрельба, верховая езда, занятия музыкой, живописью, балет, сценический кружок – было перепробовано множество вариантов, но в итоге было решено остановиться на литературном поприще. Как напишет потом Гари в романе «Обещание на рассвете», тогда литература казалась ему «последним пристанищем для тех, кто не знает, куда податься».

Возвращение в пустоту

Первая книга Гари «Европейское воспитание», посвященная теме антифашистского подполья в Польше, вышла в свет в 1945 году и сразу же завоевала признание. К этому времени Ромен Гари – уже капитан ВВС Франции, Кавалер ордена Почетного легиона и начинающий дипломат. До войны Роман Касев успел окончить юридический факультет, получить диплом филолога-слависта, отучиться на Высших военных курсах и в летной школе; кроме русского и французского, он отлично знал польский, немецкий и английский языки – обо всем этом позаботилась мать. Роман Касев мечтал о звании лейтенанта, но стал единственным из курсантов, кто его не получил: ему присвоили звание сержанта. Возможно, причина была в том, что гражданином Франции он стал недавно, а возможно, сыграли свою роль и антисемитские настроения. Чтобы не расстраивать мать и не разрушать ее веру в горячо любимую Францию, Роман придумал историю, будто он соблазнил жену коменданта школы, и на него возложили дисциплинарное взыскание. «Дон Жуан! Казанова! Я горжусь тобой, мой мальчик!» – был ее ответ.

Военная одиссея Романа Касева началась сразу же после капитуляции Франции: он не мог смириться с тем, что правительство Виши пошло на сотрудничество с Германией. Надежды на продолжение борьбы он связывал с Англией, поэтому главной задачей для него было перебраться через Ла-Манш. Путь к английскому берегу был долог и труден, но в итоге он все-таки до него добрался. Здесь он вступил в ряды «Свободной Франции» и здесь началась его служба в составе бомбардировочной эскадрильи французских ВВС. Вера Мины, что с ее сыном на войне ничего не случится, была непоколебима. Как самый крайний вариант она допускала ранение в ногу. Роману не удалось избежать ранений и брюшного тифа, но он выжил – к бескрайнему удивлению врачей, уже поставивших на нем крест. Он не боялся собственной смерти – он знал, что вера матери убережет его, но он видел столько смертей вокруг, что не думать об этом не мог. Чтобы отвлечь себя, он писал «Европейское воспитание».

Весной 1944 года из-за тяжелого ранения Роман Касев был выведен из боевого состава войск и назначен секретарем генштаба в Лондоне. В 1945 году его пригласили на работу в Министерство иностранных дел. Мечты матери стали сбываться. Но самой Мины Овчинский уже не было в живых – за три с половиной года до возвращения сына она умерла от рака желудка. За несколько дней до смерти она написала ему 250 писем – на фронт Роману их отправляла ее подруга. Об этом всем он узнал, только когда вернулся в Ниццу.

Лицо для прессы

Ромен Гари и Джин Сиберг

В 1956 году за роман «Корни неба» Ромен Гари получил Гонкуровскую премию – главную премию Франции. По правилам, эту премию автор может получить только один раз в жизни – Ромену Гари это удалось дважды, но об этом чуть позже. К этому времени он уже добился многого: признания, солидных литературных гонораров, его окружали интересные люди, он пользовался успехом у женщин. Казалось бы, у него было все. Кроме любви. После смерти матери в душе образовалась огромная пустота, и он ничем не мог ее заполнить. Он нуждался в заботе и нежности и сам хотел заботиться и любить кого-то. И больше всего он боялся, что об этой слабости узнают другие. В своих интервью Гари старался произвести о себе впечатление как о ловеласе (к слову, в пору его дипломатической службы за ним закрепилось прозвище «секс-атташе»), он говорил, что любит всех женщин на свете и всеми ими интересуется как писатель. Но на самом деле он ждал и искал одну-единственную женщину – свою женщину.

Джин Сиберг

Джин Сиберг стала для Гари воплощением его идеала. Они познакомились, когда сам Гари был еще женат на английской писательнице и журналистке Лесли Бланш, а Сиберг была замужем за французом Франсуа Морелем. Гари – 45 лет, Сиберг – 21 год. Он – признанный писатель, она – многообещающая актриса, прославившаяся после фильма «На последнем дыхании», где она снялась в главной роли вместе с Жан Полем Бельмондо. Ради Гари Джин Сиберг ушла от мужа; через несколько месяцев, узнав о беременности Джин, Лесли Бланш дала согласие на развод. Вскоре у них родился сын Александр Гари.

Свадьба Ромена Гари и Джин Сиберг

В то время Джин Сиберг была в зените славы: она получала новые контракты и разъезжала по всем миру. Гари всюду следовал за ней, поначалу получая удовольствие от путешествий. Но со временем его стала одолевать тоска по собственному дому, семейному очагу, он чувствовал себя старым и никому не нужным. «Разница в возрасте ужасна, когда вы женаты на молодой женщине, которой на несколько веков меньше, чем вам. Тем более если у вас на загривке сидят Вольтер и Ларошфуко», – напишет он в романе «Белая собака». И все-таки они могли быть счастливы – если бы не феминистические убеждения Джин, если бы не ее увлеченность борьбой за равенство всех народов и если бы не всепрощающая к ней любовь Гари.

Кадр из кинофильма «На последнем дыхании»

Джин стала ярой сторонницей террористической организации «Черные пантеры», выступая в их защиту с пламенными речами и щедро жертвуя деньги «на борьбу», которые ей давал Гари. Он пытался ей объяснить, что «иногда черный – подонок не потому, что он черный, а потому, что он подонок», но Джин не хотела его слушать. «Черные пантеры» требовали все больше и больше денег, а по пятам за ней всюду следовало ФБР.

Обратный отсчет

Джин Сиберг и Ромен Гари на съемках фильма «Птицы летят умирать в Перу», запрещенного по обвинении в порнографии

В 1970 году центральные издания в Лос-Анжелесе (где тогда жили Гари и Сиберг) – газета Los Angeles Times и журнал Newsweek – не без поддержки ФБР развернули против Сиберг кампанию. Журналисты обвиняли ее не только в содействии террору, но и в любовной связи с главой «Черных пантер», утверждая, что она беременна от него: Джин тогда ждала второго ребенка. Гари всеми силами пытался ее защитить от травли, но его никто не слушал: что мог сказать жалкий стареющий муж, который во всем потворствует своей жене? Гари увез жену в одну из клиник в Швейцарии, но трагедии избежать не удалось: ребенок родился преждевременно и умер, прожив несколько дней. После похорон дочери, которую Гари официально признал своим ребенком (он даже организовал специальную пресс-конференцию для журналистов) и назвал в честь матери Ниной, супруги покинули Америку и вернулись во Францию.

Сиберг и Гари. 1978 год

Джин Сиберг так и не смогла оправиться от удара: несколько раз, в годовщину рождения дочери, она пыталась покончить с собой. Она уже нигде не снималась. Врачи прописывали ей снотворное и антидепрессанты, вскоре она впала в зависимость от лекарств, а затем перешла на наркотики. Гари боролся за нее, как мог: она лечилась в лучших наркологических клиниках, но все было безуспешно. Джин снова включилась в борьбу за права угнетенных, на этот раз – дискриминируемых алжирцев, и стала любовницей одного из их лидеров. Он был моложе ее на восемь лет и регулярно снабжал ее наркотиками. В конце концов Гари и Сиберг расстались. Он продолжал о ней заботиться, купил ей квартиру в доме, где жил сам вместе с сыном, чтобы она могла видеться с мальчиком, но трагический финал был неизбежен. Одним сентябрьским утром 1979 года тело Джин Сиберг без признаков насильственной смерти было обнаружено на заднем сидении ее белого Renault. Рядом валялась бутылка с минеральной водой и флакон с барбитуратами. Ей был 41 год.

Обмануть судьбу

Еще до всех этих трагедий для Гари настали тяжелые времена. И дело было не только в семейных проблемах – его новые книги принимались очень сдержанно, он перестал бы интересен, в литературных кругах стали говорить, он исчерпался. Вначале Гари и не планировал затевать всю эту мистификацию, лишь в последний момент он решил выпустить свой новый роман «Голубчик» под именем Эмиля Ажара: по его собственному признанию, «писательская известность, вся система мер и весов, по которой оценивались мои книги, были несовместимы с самим духом этого романа». Рукопись была прислана во Францию из Бразилии стараниями одного из друзей Гари: по легенде, тот познакомился с многообещающим автором в Рио, который сам привезти во Францию рукопись не мог – он был не в ладах с законом и попросил ему помочь. С незначительными правками роман был напечатан в 1974 году. Издательство Mercure de France заключило с Эмилем Ажаром контракт на публикацию пяти романов. Гари ликовал: по своей дерзости и размаху затеянная им мистификация ничуть не уступала затее Макферсона, выдавшего в начале XIX века свои поэмы за труды мифического поэта Оссиана.

Критики восхваляли новую звезду, появившуюся на литературном небосклоне, а внимательные читатели недоумевали: как, разве вы не узнаете в этих книгах Ромена Гари? Тот же стиль, любимые авторские обороты и выражения, схожие характеры… «Нет, Гари на это неспособен!» – утверждали критики. Между тем самый простой сравнительный анализ текстов доказал бы, что Гари и Ажар – это одно и то же лицо, но критикам не было до этого никакого дела: Гари сдан в архив, и это освобождало их от необходимости перечитывать его книги. Но и сам Гари признаться в авторстве уже не мог – в своей игре он зашел слишком далеко.

Следующий роман Ажара «Вся жизнь впереди» получил Гонкуровскую премию. К этому времени Гари вывел на сцену свою двоюродного племянника Поля Павловича. Эмиль Ажар был слишком необщителен – избегал интервью и встреч с читателями, гонорары ему пересылались по почте, и такая нелюдимость уже наводила на подозрения. Изначально Гари планировал, что Павлович появится в свете с вымышленной биографией, все убедятся, что Эмиль Ажар действительно существует, а когда шумиха вокруг него утихнет, исчезнет, и Гари сможет и дальше спокойно писать под этим всевдонимом. Павлович с удовольствием принял приглашение сыграть Эмиля Ажара и до того увлекся этой ролью, что обнародовал свою подлинную биографию вместо вымышленной и разрешил напечатать свою фотографию в прессе. Дело дошло до того, что он стал требовать от Гари рукописи романов. Благодаря Эмилю Ажару Павлович был приглашен на должность главного редактора в Mercure de France и вскоре уже сам определял судьбу начинающих авторов.

Ромен Гари уже не был ведущим в этой игре – более того, он уже не был ее участником: материализовавшись, Эмиль Ажар вытеснил его из придуманного им самим мифа. И он уже ничего не мог изменить. Да и не хотел. Второго декабря 1980 года, вернувшись в пять часов вечера свою парижскую квартиру, Гари снял костюм, носки и туфли, лег на кровать и застрелился. За два дня до самоубийства он написал эссе «Жизнь и смерть Эмиля Ажара», указав в завещании, что оно должно быть опубликовано через год после его смерти. На столе он оставил предсмертную записку: «Никакой связи с Джин Сиберг. Любителям разбитых сердец просьба не беспокоиться. Конечно, можно отнести это на счет депрессии. Но тогда надо признать, что я пребываю в ней всю свою сознательную жизнь и что именно она помогла мне состояться как писателю… Я наконец достиг предела самовыражения».

Сгореть без остатка

Псевдоним Роман Касев себе выбрал, когда всерьез начал заниматься литературным трудом, остановившись на имени Ромен Гари. Его собственное имя ему всегда нравилось, он лишь только переделал на французский лад. Почему Гари? Своему другу, критику Франсуа Бонди, позднее он объяснил это так: «По-русски «гори» – это повелительное наклонение глагола «гореть»; от этого приказа я никогда не уклонялся ни в творчестве, ни в жизни». Каждый роман Гари был посвящен одной из наиболее острых проблем современности. По его собственным словам, все его книги «были насыщены нашим веком до бешенства».

Книга на память

Ромен Гари и Лесли Бланш познакомились на вечере, посвященном участникам Сопротивления. «Этот человек – русский», – было первой мыслью Лесли Бланш, когда она увидела Ромена Гари. Она была старше его на 11 лет. Он читал ей «Европейское воспитание» перед его публикацией и очень ценил ее мнение. Когда роман вышел в свет, они были уже женаты. Их брак продлился 16 лет. Прощальным подарком Гари для Бланш стал его роман «Леди Л.», главная героиня которого была полностью списана с Лесли – с ее английским умом, изысканностью и любовью к кошкам.

Страсти по Ажару

С выходом в свет романа «Голубчик» критики и журналисты стали высказывать предположения, кто же в действительности скрывается под псевдонимом Эмиль Ажар. Первые указывали на Рэймона Кено и Арагона, аргументируя это тем, что этот роман мог принадлежать перу только большого писателя. Газеты писали, что Эмиль Ажар – это не кто иной, как Хамиль-Раджа, ливанский террорист, или что книгу написал хирург, делающий подпольные аборты. Авторство приписывалось также какому-то молодому уголовнику и даже режиссеру Мишелю Курно. Ромену Гари как-то довелось беседовать с женщиной, утверждающей, что у нее был роман с Ажаром.

Настоящая Сиберг

Джин Сиберг

После смерти Джин Сиберг о ней снимали фильмы, писали книги и сценарии – ее трагическая судьба была интересна писателям и режиссерам как материал для творчества. Правда, используя ее биографию, они создавали персонаж, имеющий с самой Сиберг мало общего. В этом отношении фильм Филиппа Гарреля «Высокие одиночества», снятый еще при жизни Джин, представляет сегодня наибольшую ценность. Эта черно-белая немая кинолента, полностью избавленная не только от звука, но и от любой событийности, – самый честный портрет актрисы, который раскрыт в картине даже полнее, чем в книгах Гари.

Расставить все точки

В 1981 году героем одного из выпусков популярной телевизионной программы «Апостроф» стал Поль Павлович. Ведущему передачи, Бернарду Пиво, и тысячам телезрителей он признался, что действительно не является Эмилем Ажаром. Павлович написал книгу «Человек, которому верили», где поведал детали, которые в свое время не решился раскрыть Ромен Гари. Спустя двадцать лет после всех этих событий сын Гари и Сиберг, Александр Диего Гари, издал книгу «S, или надежда на жизнь», в которой рассказал, каково это – быть одиноким при живых и горячо любимых родителях, а потом потерять их одного за другим.

Поль Павлович на литературной программе Апострофы уже после смерти Гари. Июль 1981

Эхо из детства

«Две вещи из моего забытого российского детства странным образом накрепко засели в моей натуре в виде привычек», – говорил Гари. «Я очень люблю соленые огурцы по-русски, без уксуса, и ржаной хлеб с тмином… Раздобыть в Москве бутылку настоящего бордо, наверное, значительно легче, чем разжиться в Париже солеными огурцами, но мне приходится делать это регулярно».

***

«У меня нет ни капли французской крови, но в моих жилах течет кровь Франции», – говорил Ромен Гари. Любовь к Франции передала ему мать, рассказывая об этой стране с красноречием, которому позавидовали бы восточные сказочники.

Лесли Бланш была влюблена в русскую литературу, ширмы в ее комнате были оклеены русскими игральными картами, а ее заветной мечтой было проехать через всю Россию по транссибирской магистрали.

Ромен Гари был феноменально похож на Ивана Мозжухина. Когда ему об этом говорили, он отвечал: «В этом нет ничего удивительного, ведь я его сын».

Помимо художественных книг, Гари писал научные труды по лингвистике и киносценарии, многие из которых потом легли в основу фильмов.

Журналист, редактор, блогер.


Еще статьи этого автора

Путешествия
Школа нормальных людей. Гуамское ущелье
История посвящена ярким и необычным людям, живущим в Краснодарском крае.
Еда
Винный вторник: винодельня Chateau Le Grand Vostok. История успеха
О винодельческом хозяйстве "Шато ле Гранд Восток", истории его создания и прекрасных винах расскажет
Еда
Гастрономический тур по Кубани. Часть III
Кинохроники третьего дня В завершающей части нашего путешествия мы галопом домчались из окрестностей Анапы
Еда
Гастрономический тур по Кубани. Часть II. Гай-Кодзор
На второй день нашего гастрономического путешествия мы отправились в «Гай-Кодзор». Знакомство с Эдуардом Александровым,
INSTAGRAM
Следите за нами в Instagram