Ваше сообщение успешно отправлено!

Есть такая профессия…Реставратор

Интервью с Юрием Дергачёвым

Юрий Дергачёв – реставратор по дереву с 40-летним стажем, работал более 30 лет во Всероссийском музее декоративно-прикладного и народного искусства, сейчас – в Государственном музее архитектуры имени В.А. Щусева.


Почему вы выбрали эту профессию? Как пришли к этому? Реставратор: путь был осознанным или так получилось?

Я получил художественное образование (Прим. автора – Калининское художественное училище, теперь это Колледж дизайна и декоративного искусства им. С. Г. Строганова), а оно наиболее близко к этой профессии. Однако эта специальность менее творческая, чем художник. Возможно, я пошел по упрощенному пути. Стал реставратором совершенно случайно. Позвонили, предложили, в то время была проблема с поиском работы, и я согласился. Думал, что это на время, а оказалось, что практически на всю жизнь.

Юрий Дергачёв

Какое образование необходимо реставратору? Должен ли реставратор уметь рисовать?

В советское время такого профильного образования не было, да и сейчас тоже. До сих пор обучение реставраторов очень неорганизованно. Конечно, важно иметь художественное и/или искусствоведческое образование. Всё зависит от материала, с которым работаешь. Если живопись, то, конечно, человек обязательно должен быть живописцем.

В России, к сожалению, плохие условия хранения экспонатов даже сейчас: не соблюдается температурно-влажностный режим, не хватает места.

С чего начинается процесс реставрации? Как определяют, что именно нужно восстанавливать?

Если работаешь в музее, то реставрация начинается с задания, которое дают хранители на реставрационном совете. Реставратор заранее смотрит экспонат, думает, стоит ли его брать, сможет ли он с этим справиться. Затем реставратор какое-то время его изучает, представляет план работы, выбирает материалы.

Сколько времени уходит на реставрацию? От чего это зависит?

Всё зависит от сложности экспоната и поставленной задачи. Реставрация может длиться годами, с перерывом или без. Но бывает и очень быстро: тогда это не реставрация, а консервация. Такой вид наиболее характерен для западных реставрационных школ. Они получают предмет не разрушенным, в хорошем состоянии и могут действовать в соответствии с Венецианской хартией реставраторов, принятой в 1964 г. У нас другая ситуация: нередко мы получаем предметы в ужасном состоянии из-за определенных исторических событий: революции, войны. В России, к сожалению, плохие условия хранения экспонатов даже сейчас: не соблюдается температурно-влажностный режим, не хватает места.

Приходилось ли реставрировать то, что не нравилось?

Чаще всего так и бывает, потому что дается задание. Как правило, реставрируют те экспонаты, которые идут на выставку. Поэтому не всегда это бывает интересно.

Часто ли во время реставрации портят предметы? Приходилось ли вам исправлять чужие ошибки?

На мой взгляд, всё, что у нас реставрируется, не то что портится, скорее, переделывается. С экспонатом надо работать деликатно, чтобы не было заметно следов реставрации. А чаще всего получается «новодел», когда реставратор демонстрирует свое умение, из-за этого исчезает первоначальный облик. Реставратор пытается конкурировать с автором. Такой подход недопустим. Наша реставрация пока что находится в недоразвитом состоянии.

Чужие ошибки приходится исправлять часто. Экспонаты нередко побывали в руках у каких-то умельцев. Это самые сложные вещи: чужие ошибки очень трудно исправлять, особенно если это была не реставрация, а ремонт, по сути.

Если картина (икона) включает несколько слоёв, как решают, какой оставить?

Картины очень редко бывают многослойными, иконы – чаще. Тогда проводят экспертизу и смотрят. Раньше была технология, когда слои снимали и сохраняли. Но при таком подходе происходит деформация изображения. Сейчас снятие слоев делают очень деликатно. Если это шедевр, то устраняют более поздние слои. Раньше было принято поновлять, переписывать церковные иконы, и каждый последующий слой менее ценный. Если экспертиза показывает, что за 2-3 слоями находится что-то раннее и выдающееся, слои убирают. Но это решается не сразу, постепенно, расчищают сначала небольшие фрагменты. Это очень непростое решение.

Чужие ошибки приходится исправлять часто. Экспонаты нередко побывали в руках у каких-то умельцев.

Какой самый дорогой предмет, который вам довелось реставрировать?

Сложно вспомнить и оценить… Был у меня западноевропейский шкаф XVIII века времен барокко из частной коллекции. Наверно, это самый старинный предмет, с которым я работал. Интересно, что во время его жизни постоянно что-то доделывали, и отпечатки переделки сохранились – такое в мебели встречается достаточно часто.

Есть ли новаторские подходы в реставрации или в основном классическая школа доминирует?

В Росси доминирует классическая школа. Она более самодеятельная, каждый реставратор имеет свои приоритеты, привычные методы. Мы несколько закрыты от остального мира. Возможно, только в некоторых музеях, таких как Эрмитаж, приветствуются новаторские подходы. Для этого нужны современные мастерские и оборудование. Для сравнения можно открыть немецкий реставрационный каталог, и всё становится понятно, какие материалы, инструменты и методы они используют. Мы далеко от них. Возможно, мы хорошие ремесленники, но ещё недостаточно развитые реставраторы. Реставрация – это наука, а наука требует всегда передовых методов. Пока мы наблюдаем за этим со стороны. Наши специалисты не проходят стажировки за границей, а было бы очень полезно. Для этого нужны и деньги, и воля руководителей, чтобы отпустить людей учиться, а потом приобретать всё необходимое для работы.

Расскажите про самый известный и самый интересный экспонат в вашей жизни.

Очень сложно сказать, какой из экспонатов был самым известным. А вот интересный – это когда происходит что-то неожиданное. Самый яркий пример – золотой Камергерский ключ, который был найден в обшивке при реставрации кресла из Спасского-Лутовиново. Он был спрятан, скорее всего, после революции и обнаружен почти через 100 лет. Сейчас он представлен в экспозиции усадьбы. (Прим. автора – подробнее об этом в статье «Современная реставрация: секреты и истории «второй жизни»)

На самом деле, каждый предмет по-своему интересен.

Вы можете определить подделку?

Подделку в живописи – нет, для этого нужна другая квалификация, определяют не только визуально, но производится и химический анализ. Подделок очень много, даже эксперты иногда ошибаются. В США, например, многие подделки таковыми и не считаются, их выставляют даже в крупных музеях и частных коллекциях. Да и в Европе часто встречаются подделки, все знают, но доказать и сознаться не могут.

Что касается мебели, определить подделку тоже непросто. Часто это даже не подделка, а повтор. Например, предметы XVIII века повторяются в XIX и XX веках. Можно сказать, что это качественная подделка. Но, конечно, цена у таких экспонатов разная.

Никогда не было обидно, что имена реставраторов, как правило, остаются неизвестны для посетителей музеев?

Кстати, сейчас ситуация меняется. Рядом с описанием предмета дается информация о реставраторе. Лично для меня это совершенно не важно. Я не страдаю от болезненного честолюбия.

В Росси доминирует классическая школа. Она более самодеятельная, каждый реставратор имеет свои приоритеты, привычные методы. Мы несколько закрыты от остального мира.

Хотелось ли создавать что-то своё?

Постоянно. И хотелось, и хочется. Редко, но получается заняться творчеством.

Какие эпохи, стили нравятся? Где черпаете вдохновение?

Я очень люблю современный стиль, авангардные веяния, начиная с модерна, ар-деко. Люблю наш русский модерн, где больше простоты, ясности. Очень нравится русская работа, возможно, не такая аккуратная, как у немцев, зато душевная.

Ещё вдохновляет крестьянское искусство, северная роспись. И отдельно – иконопись. Русская икона – это высочайшее достижение духа и мастерства.

Вдохновение черпаю в музеях, посещаю выставки, альбомы. Вокруг очень много всего интересного. Природа – неизменный источник сил и вдохновения.

Каким принципом вы пользуетесь в своей работе? Профессиональное кредо?

Стараюсь, хоть это и не всегда получатся, минимально внедряться в экспонат. Ведь он прожил долгую жизнь, пусть он сильно поврежден, но это должно остаться на его внешнем облике. В России искусство уничтожалось, а то, что чудом уцелело, надо сохранять так, чтобы остался налет времени. Сделаешь конфетку – удалишь историю.

Могли бы вы посоветовать подрастающему поколению вашу профессию? Плюсы и минусы такой работы.

Советовать что-то никому не могу, это дело каждого – решать свою судьбу. Мне кажется, реставрация – это научная работа. Здесь важен интерес. Нельзя посоветовать какую-то конкретную деятельность: кому-то это близко, тогда стоит этим заниматься.

Минусы… В этой профессии не так много творческого, больше технического. И, конечно, постоянная работа в пыли с красками, растворителями – это приводит к профессиональным болезням. Особенно токсичная работа с иконами, так как там применяются растворители, которые накапливаются в организме. Реставраторы страдают во многом из-за отсутствия технического оснащения, хороших вытяжек и респираторов. Такие требования к технике безопасности в работе должны быть жесткими.

Плюсы в том, что я вижу предметы вживую, могу потрогать их руками, соприкасаюсь с историей.

Филолог, любит всё, что связано со словом.


Еще статьи этого автора

Путешествия
Усадьба Михалково
Сложно представить, что раньше тут были леса, охотились графы, а в оранжереях росли фрукты
Афиша
Жизнь
Музеи для детей
Детские направления, о которых мы даже не знаем
Путешествия
Усадьба Середниково и киногород Piligrim Porto
А куда бы нам поехать на 1 день? Недалеко от Москвы. Так, чтобы понравилось
Путешествия
Тверь. Старица. Ржев
Как за 2 дня проехать 540 км и познакомиться с Тверской областью, увидеть 3
INSTAGRAM
Следите за нами в Instagram