В Мурманске в шестой раз при поддержке областного правительства и Фонда Мельниченко проходит ежегодный фестиваль паблик-арта «РОСТ». В этот раз его темой стало «Тепло». На улицах появится 12 новых работ, и не только муралов — «РОСТ» переходит к более камерному формату с небольшими арт-объектами, спрятанными в неожиданных местах центра. Любоваться ими можно будет и после фестиваля. Рассказываем, почему это реально важно для мурманчан, как недолговечное уличное искусство помогает городу стать лучшей версией себя на долгие десятилетия и зачем учить города разговаривать с их жителями.
В Мурманск часто едут за очевидным. За северным сиянием, если повезет. За сопками, полярным днем и полярной ночью. За видом на Кольский залив. За атомным ледоколом «Ленин», памятником Алеше, портом, суровым ветром и ощущением края земли… Это понятный туристический набор: город за Полярным кругом должен предъявить гостю Арктику — и он её предъявляет.
Но Мурманск устроен сложнее. Его нельзя до конца понять, если двигаться только по главным точкам и смотреть туда, куда уже давно предлагают смотреть путеводители. В какой-то момент нужно свернуть с привычного маршрута, уйти от парадных видов и оказаться во дворах, на окраинах, у обшарпанных фасадов, среди гаражей, лестниц и районных дорог. В таких местах город начинает говорить другим языком.
И именно с этим языком работает фестиваль паблик-арта РОСТ.
За несколько лет он стал для Мурманска способом пересмотреть себя. Организаторы вот уже шестой год стремятся не «украсить» город, не сделать на каждом углу фотозону для туристов, а вытащить наружу те смыслы, которые уже были вшиты в местную жизнь: порт, рыбу, море, военные и рабочие биографии, северный быт, детство в полярном городе, районную мифологию, память о людях и вещах, которые обычно не становятся обязательными в разговоре о Мурманске.
Город, привыкший рассказывать о себе крупными символами
У Мурманска сильная официальная биография. Он молодой, чуть за сто лет, но его история сразу писалась крупным шрифтом. Порт. Северные конвои. Звание города-героя. Рыбная промышленность. Военные семьи. Арктика. Ледоколы.
Это важные вещи, без них Мурманск невозможно представить. Но проблема любого крупного символа в том, что он со временем начинает закрывать собой живую ткань города. Если все время говорить только «город-герой», «порт», «ледокол», «край земли», то из кадра исчезают обычные люди: школьники, которые растут среди сопок, рыбаки, возвращающиеся домой, семьи военных, которые живут здесь несколько лет и уезжают дальше, пожилые обитатели старых районов — все те, кто каждый день проходит мимо одних и тех же стен и давно перестал их замечать.
РОСТ как раз и пытается вернуть внимание к этому повседневному слою. Паблик-арт фестиваля не спорит с большими мурманскими символами. Он их расшифровывает. Так работает хорошее публичное искусство: оно не навязывает городу чужой образ, а учит видеть уже существующий.
Новые маршруты вместо новых достопримечательностей
Самое интересное в РОСТе — то, что он создает не столько отдельные объекты, сколько новые прогулочные маршруты. Обычный туристический маршрут по Мурманску довольно предсказуем: центр, порт, ледокол, смотровые точки, памятники, возможно, выезд за город — за северным сиянием, к океану или в Териберку. РОСТ предлагает другой способ движения: идти не от достопримечательности к достопримечательности, а от истории к истории.
Мурал или барельеф в таком маршруте — повод остановиться. Почему здесь изображен именно этот сюжет? Почему на стене появляется рыба? Почему художник обращается к теме детства, а конкретная работа расположена именно в этом районе, на этом фасаде, рядом с этой дорогой?
Ответы ведут не в абстрактное «современное искусство», а в сам город. В его память, экономику, ландшафт, климат, районные привычки. У РОСТа важна именно эта маршрутизация. Работы фестиваля можно воспринимать как отдельные точки на карте, но по-настоящему они начинают «работать», когда связываются в путь. Человек идет по району, видит одну работу, потом другую, потом замечает, как меняется сама среда: фасады, дворы, линии домов, пустоты между зданиями, сопки на горизонте. В какой-то момент становится ясно, что искусство здесь не закрывает город собой, а наоборот — настраивает зрение. После этого Мурманск уже трудно не видеть.
Сегодня в городе сформировались три ключевых пешеходных маршрута для знакомства с уличным искусством. Первый из них пролегает через исторический район Роста — северную часть города, которая и дала название самому фестивалю. Второй маршрут проходит в районе «самого длинного дома» — это гигантское жилое здание превращено художниками в монументальную галерею под открытым небом. Третий, центральный маршрут охватывает главные улицы города, связывая воедино ключевые общественные пространства и культурные точки Мурманска — от площадок у креативного пространства «Контейнер-холл» до территории у центра «Родина».
Почему это делается не только для туристов
В подобных проектах всегда есть соблазн быстро свести все к туризму. Мол, город получил муралы, теперь сюда будут приезжать фотографироваться, делать сторис, гулять с картой. Это, конечно, тоже происходит. Но в случае с РОСТом дело обстоит чуть тоньше.
Фестиваль в первую очередь нужен самим мурманчанам.
Турист приезжает на несколько дней. Он может удивиться, сделать снимок, написать пост и уехать. Горожанин же остается жить с новым акцентом в привычном пространстве. Для него паблик-арт работает иначе, не как впечатление, а как изменение повседневности.
Каждый день ходил мимо серого фасада — и вдруг там появляется работа. Сначала задумаешься: нравится или не нравится. Потом привыкаешь. Потом назначаешь рядом встречу. Потом объясняешь гостям: «А вот это у нас нарисовали на фестивале». А потом выясняется, что у соседей есть своя версия, что именно эта работа значит. Так объект постепенно перестает быть просто «картинкой на стене» и становится частью районной памяти.
И это важнее любого туристического эффекта. Особенно для города вроде Мурманска, где идентичность не так проста. Здесь есть коренные жители, есть семьи, которые приезжают на время, есть военные, специалисты, студенты, люди, которые связывают с городом всю жизнь, и те, кто воспринимает его как этап. Всем им нужны разные способы почувствовать связь с местом. Официальной истории для этого часто недостаточно. Не каждый подросток будет строить личную связь с городом через военные мемориалы или промышленную славу порта. А вот через стену в своем районе, через современный образ, через узнаваемую деталь — может.
РОСТ не навязывает мурманчанам идентичность, но предлагает варианты. Можно увидеть себя в северной природе. Можно — в портовой истории или каких-то бытовых деталях. Или в научной романтике Арктики, в китах, птицах, мхах, лишайниках, ледяной воде и низком небе. А можно вообще ни с чем не соглашаться и спорить — но сам спор уже означает, что город перестал быть фоном.
Роста как район, который начали замечать
Отдельная фестивальная история — район Роста. До фестиваля для многих мурманчан это было место неочевидное. Не обязательно страшное в прямом смысле, но точно не пользующееся популярностью как прогулочное. Жители других районов могли годами не бывать там просто потому, что «незачем». У Росты была репутация отдаленного, немного закрытого, самодостаточного района — со своей историей, атмосферой и границами.
Именно поэтому он оказался важной площадкой для эксперимента.
Первоначально организаторы думали о другом городском сценарии: о перезапуске улицы Самойловой в центре Мурманска, тактическом урбанизме, быстром изменении пространства с помощью цвета, временных решений, росписи асфальта. Идея понятная: если невозможно за год капитально благоустроить улицу, можно сначала дешево и быстро поменять ее восприятие, посмотреть, как люди начнут ей пользоваться, а потом уже думать о больших инвестициях.
Этот замысел в первоначальном виде не реализовался. Зато внимание сместилось к Росте — району, связанному с портовой и судоремонтной историей, но при этом отделенному от центра. Это достаточно цельное пространство, которое могло стать самостоятельным маршрутом внутри города. К тому же Роста — пространство недооцененное, арт-вторжение в которое заметят очень быстро. Фестиваль стал для Росты способом выйти из невидимости. Сюда начали приезжать люди, которые раньше не видели причин тут появляться. Не только туристы, но и сами мурманчане из других частей города. Район перестал быть «где-то там» и стал местом, куда можно поехать специально.
А дальше произошло то, на что и рассчитывает паблик-арт, хотя не всегда может гарантировать: за культурным вниманием пришло внимание городское. В район начали заходить программы благоустройства. Фасады, дворы, общественные пространства стали предметом обсуждения не только художников, но и властей, подрядчиков, жителей.
Не все должно жить вечно
С одной стороны, искусство помогло привлечь внимание к району. С другой — теперь часть работ может исчезнуть (и обязательно исчезнет) из-за ремонта фасадов и благоустройства. Но это не поражение. Скорее естественный цикл: временное искусство сработало как сигнал, район заметили, городская среда начала меняться.
Стрит-арт особенно остро ставит вопрос о времени. В музее работа может существовать десятилетиями в стабильных условиях. На фасаде — нет. Краска стареет, климат делает свое дело, здания ремонтируют, стены утепляют, что-то закрашивают, что-то осыпается.
Для РОСТа это не только техническая проблема, но и философская. С одной стороны, жалко. В работу вложены силы художников, организаторов, жителей, которые успели к ней привыкнуть. С другой — временность делает паблик-арт живым. Он появляется в конкретный момент и отвечает на запрос этого момента. Через пять или десять лет городу, возможно, понадобится уже другой разговор.
Поэтому фестиваль постепенно меняет формы. Классических муралов становится меньше. Появляются более долговечные и более камерные решения: барельефы, мозаики, майолика, бетонные объекты. Они не всегда такие эффектные на фотографии, зато лучше соотносятся с человеческим масштабом и могут дольше жить в городской среде.
Это важный поворот. РОСТ не стремится разрисовать весь Мурманск от края до края. Организаторы, кажется, хорошо понимают опасность «муральной усталости», когда каждый город начинает соревноваться количеством гигантских картинок на фасадах. В какой-то момент это перестает работать, взгляд привыкает, масштаб перестает удивлять, искусство превращается в декоративный шум.
Мурманску, возможно, нужнее другое — точные акценты. Объекты, которые появляются там, куда они действительно просятся сами. И не перекрикивают город, а помогают его услышать.
Север учит внимательности
Есть одна вещь, которая хорошо объясняет и сам Мурманск, и фестиваль РОСТ. Северное пространство с первого взгляда может показаться пустым. Сопки, низкое небо, ветер, снег, серые дома, длинные темные месяцы. Но если присмотреться, пустота распадается на множество деталей: мхи, лишайники, ягоды, карликовые деревья, птицы, следы животных, оттенки особого света, движение воды. Север не всегда поражает избыточностью, он требует внимательности.
Паблик-арт РОСТа работает похожим образом. Он не обязательно должен быть громким. Иногда его задача — научить человека остановиться и увидеть малое. Детские сапоги. Голубя. Рыбу. Окно. Линию фасада. Цвет дома, который местный житель давно перестал замечать, а приезжий художник вдруг считал как яркий код города.
В этом смысле фестиваль не добавляет Мурманску искусственную «культурность». Он проявляет то, что уже есть. Просто раньше это было слишком привычным — или слишком «неважным», — чтобы попадать в поле внимания.
Город как разговор
Сегодня Мурманск можно узнавать по-разному. Можно идти по официальному маршруту — и он будет честным: ледокол, порт, мемориалы, залив, сопки, — но можно выбрать другой путь: через работы РОСТа, через саму Росту, паблик-арт, который связывает городские символы с частными историями.
И тогда Мурманск перестает быть только суровым северным пунктом на карте и становится городом разговоров — о том, что значит жить за Полярным кругом, как формируется привязанность к месту, где природа постоянно напоминает человеку о его масштабе, как район, в который «незачем ехать», превращается в точку притяжения. Как искусство может не только украсить стену, но и изменить наши привычки, выбить нас из автоматизма восприятия.
РОСТ важен не тем, что сделал Мурманск «ярче». Это слишком простое слово. Он сделал город более читаемым, дал жителям и гостям новые подсказки, остановки и поводы смотреть по сторонам.
А значит, разговор не закончен.
