За пять лет Beautiful Boys прошли путь от небольших концертов до крупнейших российских фестивалей. Этим летом группа впервые выступит на «Архстоянии», мы поговорили с музыкантами о выборе в пользу музыки, случайностях, определивших их путь, и песнях, которые со временем обрели новую жизнь.
Beautiful Boys: Иван Подгороднев (вокал, автор песен), Антон Рогожников (бас-гитара), Иван Осипов (ударные), Егор Головченко (гитара).
Вы уже были в Никола-Ленивце на другом фестивале. Получается, вы уже представляете, что это за место. Это ведь не совсем привычный фестивальный формат: музыка существует вместе с архитектурой, природой, ландшафтом. Как-то изменится ваше восприятие собственного выступления в таком контексте?
Антон Рогожников: Наверное, нет. Во время концерта мы в первую очередь концентрируемся на людях. Конечно, природа, ландшафт, красивая архитектура создают особую атмосферу, но самое главное для нас — это аудитория. Именно на ней мы и будем сосредоточены.
А будут какие-нибудь сюрпризы? Может быть, новая песня или необычная подача?
Антон Рогожников: Возможно, будут. Но пока не хочется раскрывать все секреты. Иначе неожиданная подача станет ожидаемой, а тогда никакого сюрприза уже не получится.
Как вы думаете, музыка меняет пространство или пространство меняет музыку?
Антон Рогожников: Музыка меняет пространство, а пространство меняет музыку. Всё взаимосвязано. Знаете, есть теория, что мы созданы из тех атомов, что раньше были звёздами. Вот поэтому и музыка, и пространство по сути всё одно и то же.
Иван Подгороднев: Если что, Антон физик-ядерщик. Ему можно доверять.
А вы планируете побыть на фестивале не только как артисты, но и как гости? Успеете почувствовать атмосферу?
Иван Подгороднев: Надеемся, что получится. Может, кто-то уедет раньше, но, скорее всего, останемся все. Раз есть такая возможность, почему бы не провести на фестивале больше времени? Если вдруг так случится, что прямо уж скажут: «Уходите отсюда. Ну, пора уже, ребят. Вы засиделись, уже чаёк кончился. Как жаль, что вы наконец-то уходите :)» (смеются). Тогда уедем.
В этом году тема «Архстояния» — «Маршрут перестроен». Если перенести эту тему на ваше творчество, был ли у вас момент, когда пришлось полностью изменить собственный маршрут?
Иван Подгороднев: Я всю жизнь пел, занимался вокалом. Учился в консерватории, в колледже. В театре пел очень долго — восемь лет. Я считаю, достаточно много. И это только солистом. И в какой-то момент просто абсолютно случайно знакомился с Антоном. Потом в группу пришли остальные ребята. И всё начало развиваться абсолютно по-другому. Так сложилось, что мне пришлось уйти из театра. Как раз у нас начались первые большие гастроли. Я подумал, что если не сейчас, то уже никогда. Это было очень страшно, потому что я в одночасье оказался вообще без денег каких-либо. Каждый день думал, что ещё месяц — и придётся искать другую работу. А ребята ещё работали на своих работах. Особенно Ваня. А где ты работал?
Иван Осипов: Нигде. (все смеются)
Иван Подгороднев: Ты привыкший. А я первый раз ничего не делал за всю жизнь вообще. Но потом они тоже уволились, когда стало уже понятно, что музыкой можно зарабатывать на жизнь. Вот такой поворот.
Антон Рогожников: Я уволился, когда пришло понимание, что невозможно усидеть на двух стульях одновременно. Нужно выбирать то, к чему ты стремился с детства, с юношества. И несмотря на все страхи, связанные с жизнью, ипотеками, обязательствами и прочим-прочим, нужно всё-таки не изменять своему внутреннему ощущению и делать то, что нужно. Если взять каждого из нас, рано или поздно перед каждым вставал такой выбор — на свой страх и риск делать то, что считаешь верным и что откликается внутри, нежели то, что является общепринятым или разумным, как сказало бы всё наше окружение.
Со стороны кажется, что всё произошло очень быстро: всего через несколько лет после первого концерта вы уже выступаете на крупнейших фестивалях. А как этот путь ощущался изнутри?
Иван Подгороднев: Мы отсчитываем возраст группы с первого концерта. Это было 31 августа 2022 года. На самом деле сначала ничего особенно не происходило. Вот просто представьте: был один концерт — и всё. Классно. И потом прошёл почти год, прежде чем стало понятно, что что-то начинает двигаться. За это время были и совсем неудачные истории. Например, однажды площадка не смогла принять нас. Нам позвонили буквально за час до концерта и сказали, что сломалась крыша у здания, отменяют выступление — а мы уже едем туда. Мы пошли играть на улицу в тот вечер. Просто потому, что нам очень хотелось, и у нас была полная машина оборудования.
Потом случился фестиваль в Саратове. Кажется, он тогда проводился впервые. Там выступали мы, Антоха MC, Миша Хорев, наш хороший друг. Мы тогда произвели фурор, то есть о нас узнали. Если честно, я думал, что это будет в пустоту. Потому что я человек, не верящий в себя. Но вдруг люди каким-то образом нашли мой номер телефона и начали писать: «Приезжайте к нам», «Сыграйте здесь», «Сыграйте там». Практически сразу появились ещё несколько концертов. Всё так быстро закрутилось! Потом мы впервые приехали выступать в Москву на фестиваль Moscow Music School. До этого мы в основном играли в Саратове, Пензе.
Антон Рогожников: И обязательно напишите крупными буквами, что 7 августа у нас сольный концерт на «Дизайн-заводе» в Москве.
Ваня, вопрос к тебе как к композитору и автору. С чего обычно начинается новая композиция? С образа, текста или всё-таки с музыки?
Иван Подгороднев: Да на самом деле это абсолютно неважно, с чего она начинается. Это каждый раз по-новому. Я часто рассказываю историю, которая вдохновила на песню «Падали звезды». Мы с Ваньком Осиповым шли со студии ночью, поздно, ближе к полуночи. Разговариваем, смеёмся. Такси не стали вызывать. Моросит лёгкий дождь, и вот на остановке стоят два огромных кирзовых башмака. Просто кто-то поставил и ушёл, видимо, босиком. И Ваня Осипов говорит: «Кто-то ушёл в полночь босиком. Романтика такая!». Я сразу записал именно эту фразу. Прошло полгода, я фактически по каким-то другим воспоминаниям я собрал песню. Ещё в ней есть строчка «идём до дома актёра». Меня часто спрашивают, что это за Дом актёра такой. На самом деле, это был один вечер в Москве, если я не ошибаюсь, у нас был сольный концерт. Мы шли в гости к Никите Худякову, он наш хороший приятель, саратовский мой друг, актёр, вы могли его видеть в «Фишере». Но мы не дошли, потому что он показал нам какое-то прекрасное место, а после мы разъехались по домам. Я запомнил просто это ощущение, что мы идём до дома актёра Никиты Худякова, и в песню это перевёл. И вот так из небольших конструкций собирается целое полотно.
А бывает абсолютно по-другому, допустим, «Нежная любовь». Я сел в 3 часа ночи, в полной темноте. Это был тот период, когда я просто писал песню — не для того, чтобы её выпустить или где-то сыргать. Меня тогда вообще никто не слушал. Я писал просто для себя, и у меня она получилась такая, какая есть. Даже её не редактировал. Взял диктофон, включил, откуда-то появилась эта фраза в голове, и я начал петь. И у меня пошли какие-то образы. Наутро проснулся, подумал, какая ужасная попса. Просто отвратительная. Что я сделал? Безобразие. Прошёл год-полтора, на квартирнике знакомый говорит: «Спой, у тебя есть песня!». По-моему, тогда одна она, в принципе, и была вообще.
Получается, именно с этой песни всё и началось?
Иван Подгороднев: По сути, да. Конечно, какие-то песни были и раньше, но именно «Нежную любовь» я запомнил первой, как ту, которая у меня получилась. Я так скептично спел, но людям понравилось. И я начал менять своё мнение по поводу неё. А потом уже, когда пошли концерты, она стала очень популярной.
У нас была «Ты выбираешь чудеса», именно она была локомотивом, который принёс нам первые прослушивания. На концертах просили именно её. Или «Ниоткуда с любовью», «Падали звёзды». А «Нежная любовь» просто существовала в нашем репертуаре. По-настоящему она «выстрелила» только пару лет назад, когда ребята из КЕНТЫ СКВАД включили её в своём ролике. Для нас это было неожиданностью. А теперь на концертах кричат «Давай “Нежную любовь”»! Вот так всё поменялось. Сейчас существует уже три версии этой песни. Вторую мы выпустили уже потом просто потому, что она у нас была. Она вошла в наш новогодний сборник. Там была композиция, которую практически никто не слышал — «Инструментальная музыка No.1», «Нежная любовь (версия 2021 года)» и «А снег идёт» — тоже песня, которую мало кто знает. И получилось забавно: именно благодаря второй версии «Нежной любви» люди начали находить и этот сборник с новогодними песнями.
А есть ли композиция, которая со временем стала ощущаться совсем по-другому? Может быть, хотелось бы что-то в ней изменить?
Иван Подгороднев: Ну, аранжировку вообще всех песен я бы сейчас поменял. Потому что это, я считаю, кошмар (все смеются кроме Вани): то, как я делал. Но я просто по-другому тогда не умел.
Антон Рогожников: Мне кажется, вот «Падали звёзды» как раз.
Иван Подгороднев: Да, но я это делать не буду, потому что я знаю прекрасно, что это испортит всё. Люди слушают её так, и если я изменю звук, им может не понравиться. Каждому человеку нравится то, что он уже слышал и знает. Если такая подмена произойдёт, люди могут расстроиться. Выпустить вторую версию — да, это можно. И конечно же, нужно для концертов сделать. Я вообще думаю, когда же у меня будет хотя бы недели три свободных, чтоб я мог сделать новые подложки для этих песен. Потому что очень много материала тех времён, когда мы играли ещё втроём, без Егора, нашего гитариста. Он позже всех к группе подключился. Ну, конечно, надо какие-то аранжировки уже переделывать именно для концертов. Вот это, наверное, основное, чтобы я сделал.
А по поводу слов в песнях, мелодии, аккордов — очень редко бывает, что я переслушиваю и думаю: а почему я так вот именно сделал? Можно же лучше было сделать. Но в основном всё упирается в аранжировку. Всегда можно лучше, но не всегда это получается. И не всегда это нужно, как выясняется. Потому что если быть перфекционистом и постоянно пытаться сделать всё лучше, можно зайти в тупик и сделать плохо. А ещё я прихожу к выводу, что условно плохое тоже нравится людям. Когда грязь, когда криво. А почему-то многие находят в этом душу определённую.
Егор Головченко: Вот я такое люблю.
Иван Подгороднев: И я. Нам вдвоём нравится.
Егор Головченко: Да, криво, но с душой.
Какую песню Beautiful Boys лучше всего слушать по дороге в Никола-Ленивец?
Beautiful boys: Ну, наверное, «Мне нравишься только ты» прекрасно подошла бы. «Ты выбираешь чудеса», «Ниоткуда с любовью» можно попробовать. «Ты меня любишь» — наша новая песня. Обязательно включаем! И «Меридиан». Дорога не очень длинная, не будем разгоняться. А то можно заслушаться и поворот пропустить.
Если бы нужно было пригласить человека на концерт Beautiful Boys одной фразой, не рассказывая о жанре, не называя ни одной песни, — что бы вы сказали?
Иван Подгороднев: Пойдём поплачем!
