Ваше сообщение успешно отправлено!
ВЫ ЧИТАЕТЕ:

Эйзенштейн. Как отец, только лучше...

Эйзенштейн. Как отец, только лучше

Если словосочетание «тридцати трехлетний гей-девственник» вас впечатляет, то вы по адресу.

Был на свете такой человек: Эйншт…  ой, Эйзенштейн Сергей Михайлович (22.01.1898-11.02.1948). От Эйнштейна он отличался разве что другой направленностью своей гениальности, однако плакаты и постеры первого от чего-то висят у каждого третьего в общаге.
Так вот, Сергей Михайлович, будучи единственным ребенком в семье рижского инженера и архитектора Михаила Осиповича Эйзенштейна и Юлии Ивановны, получил традиционное буржуазное воспитание: эдакий чудный мальчик, который прекрасно рисовал, увлекался театром, знал три иностранных языка и отличался пунктуальностью, а еще «послушный, воспитанный, шаркающий ножкой, хрупкий, худенький, беззащитный и очень застенчивый», – как говорил о себе намного позже режиссер. За ясные и ласковые глаза любимого сына звали Рориком. А затем Котиком, которого впоследствии отец не отдал при разводе в 1912 году. Однако воспоминания детства Котика не самые радужные. Матери пришлось бежать от публичного позора, потому что акт ее неверности доказывался аж в суде. К слову, несмотря на все отцовские старания, маленький Рорик не то что бы особо тяготел к нему, а к матери же питал безмерную любовь.

Сергей Эйзенштейн с родителями

В 1915 году Котик оканчивает Рижское реальное училище, чем крайне гордится отец, поступает в Петроградский институт гражданских инженеров и через три года бросает. Ушел добровольцем в Красную Армию. И чем он только там ни занимался: был техником-строителем на Западном фронте, художником при Политуправлении, участвовал в самодеятельности как художник, актёр и режиссёр. Эйзенштейна направили в Академию Генштаба в 1920 году на курсы переводчиков, в класс японского языка. И уже оттуда он окончательно ретировался в театр Пролеткульта, в мастерскую Всеволода Мейерхольда. С 1923 года, разумеется, Сергей Михайлович становится режиссером того же Пролеткульта и ставит множество спектаклей вроде «Слышишь, Москва», «Мексиканец», «Мудрец» и т.д.

«По моему мнению, художник должен выбрать между театром и кино, «заниматься» и тем, и другим одновременно невозможно, если хочешь создать что-нибудь настоящее.»


Эйзенштейну было тесно в условном театре, и в том же году, когда он сотрудничал с ЛЕФом Владимира Маяковского, опубликовал свой творческий манифест «Монтаж аттракционов»*, противопоставлявший традиционной драматургии соединение ударных воздействий.

*«Аттракцион – это всякий агрессивный момент театра, рассчитанный на эмоциональное потрясение зрителей»; «… Упразднение самого института театра как такового и замена его показательной станцией достижений для поднятия квалификации быта масс».

Умоляю, скажите, что вам тоже скучно читать очередную биографию с тухлым перечислением «агиток»! Пусть я лучше расскажу, почему Эйзенштейн «гей», чем уникален «Броненосец», как можно быть тридцати трехлетним девственником!

Рисунки Сергея Эйзенштейна

Итак, как мы уже знаем, маленький тогда еще не режиссер хорошо рисовал. По факту это была одна из причин его мнимой гомосексуальности. Рисунки подобной направленности (ну не в детстве же…) и отсутствие романов с женщинами представляли плодотворную почву для размышлений касательно ориентации даже для самого Эйзенштейна. Он даже провел несколько часов в Институте сексологии Магнуса Хиршфельда, изучая все нюансы гомосексуализма. В общем, смею вас заверить, что легендарный режиссер оказался никем иным, как обычным асексуалом. Хотя первая встреча Эйзенштейна и Григория Александрова, на которого первый буквально набрасывается, привела к драке… Сергей, исходя из банальных постулатов общей психологии, заметив всю красоту и обаяние Александрова, старался не просто «не проявить желание», а даже оттолкнуть. Вам всем знакома эта тактика, мужчины и женщины: когда нарочно ищешь недостатки в партнере или провоцируешь его на не самые приятные слова или действия – все, лишь бы не впасть во влюбленную одурь. НО! Не будем делать выводы за Эйзенштейна. В конце концов, у него была потрясающая жена, с которой они познакомились во время работы над «Броненосцем»…

«Ваше гнусное отношение ко мне я ничем не заслужила. Я уже пять лет живу в основном вашими интересами. Неужели вы не понимаете, какими уродливыми и ненормальными стали наши отношения? Утром я жду звонка, ибо это единственный способ общения с любимым, горячо любимым человеком! Разговор продолжается 2–3 минуты. Никакой души, тепла, ласки. На вопрос «увидимся ли мы?» следует раздражение: «мне некогда»… Всякий экспансив, ласка, тепло охлаждается немедленно или грубостью, или равнодушием. Всякое проявление внимания или любви встречается холодно, как должное. Ведь для женщины большое горе не жить вместе с любимым человеком, не быть его женой в полном смысле этого слова – и физически, и морально. Ну, если физически вы не в порядке, я согласилась, больше того, я согласилась жить врозь, хотя это огромная жертва …»,

– писала ему Пера Аташева.

Пера, которая рисковала собой, выходя замуж за больного черной оспой Эйзенштейна, которая мечтала от него родить, с ним в постель так и не легла… А просто стала законной вдовой. Никак не женой. Вот теперь можете делать выводы. Кстати! Еще Сергей Михайлович полжизни прожил с другом сердца Гришей и его любовницей.

Сергей Эйзенштейн и Григорий Александров

Если вам вдруг показалось, что… то только показалось. Эйзенштейн был невероятным человеком, который создал новый режиссерский метод, а так может не каждый; оставил после себя наследие, которое до сих пор называют «лучшим, что когда-либо было снято». Я сейчас как раз про «Броненосца «Потемкина» говорю.

Картине до сих пор признаются в любви кинематографисты, а количество его наград нельзя сосчитать по пальцам. Фильм был создан всего за четыре (!) месяца к годовщине Первой русской революции. Его даже пытались запретить в Германии в 1926 году. Это была пропаганда. Гениальная пропаганда. Интеллектуальный монтаж при сопоставлении не связанных друг с другом кадров рождал зрительскую реакцию. Оживляющий монтаж – вишенка на вашем любимом торте – позволял оживлять неодушевленные предметы путем склейки коротких кусков.

Съемочная группа «Броненосца Потемкина»

«Заставить зрителя пережить ряд потрясений, тщательно спланированных режиссером и необязательно санкционированных содержанием»

Именно так решил Эйзенштейн и использовал монтаж как стадию кадра, то есть учитывал направление движения и внутрикадровую композицию. Метрический, ритмический, тональный – звучит, как стих, хотя это просто способы склейки, которые виртуозно применял режиссер, но делал акцент именно на «аттракционах».

Спустя годы фильм стали уже именно упрекать в пропаганде. И все же Эйзенштейна цитируют, у него учатся и именно его ставят в пример.

Котику подражают из поколения в поколение.

Но и Эйзенштейн был обычным человеком, с обычными мечтами. Как и многие, он мечтал посетить мировую столицу кинематографа. И в 1929 году добился официального разрешения на выезд в Штаты. И вот в конце августа того же года Сергей в сопровождении своих безусловных товарищей, а именно с Александровым и Тиссэ, сел на поезд до Берлина, где все трое собрались дожидаться получения американских виз.

Однако все мы помним о биржевом крахе в 1929 году. Событие повергло американскую экономику в хаос, а вместе с этим и шансы режиссера попасть в Голливуд медленно, но верно улетучивались. Затем товарищей по несчастью занесло в Париж, где появился «Сентиментальный романс». Двадцатиминутный фильм с участием любовницы богатого парижского ювелира – Мары Гри. Но и французская виза – не бесконечность, и у нее есть предел. Вопреки вашим ожиданиям, Сергею Михайловичу повезло. В конце апреля в 1930 года ему позвонил Джесси Ласки, президент «Paramount Pictures», и предложил контракт. Режиссер поспешно собрал манатки, опять заручился разрешением советских властей и все же попал, куда так хотел.

Своим появлением в Нью-Йорке Эйзенштейн произвел фурор и вызвал небывалый ажиотаж. Встречи, пресс-конференции, приемы и лекции в университетах шли одна за другой. А по прибытии уже в сам Голливуд Эйзенштейну и его команде студия выделила жалование в размере 900 долларов в неделю; дальнейшие их действия, полагаю, предсказуемы.

На тот момент, когда режиссер уже полгода находился в штатах, «Парамаунт» успел забраковать «Стеклянный дом», «Золото Зуттера» и «Американскую трагедию» по Драйзеру. Контракт расторгли, оплатить билеты до Москвы согласились. И вновь, вопреки вашим ожиданиям, Эйзенштейну повезло. Он встретился с Робертом Флаэрти, и тот надоумил его на независимое кино, даже предложил тему. Мексику. То, что происходило далее, можно найти на тысяче и одной странице в интернете. А лучше посмотреть фильм «Эйзенштейн в Гуанахуато» Питера Гринуэйя.

Кадр из фильма «Эйзенштейн в Гуанахуато»

По возвращении в Москву в мае 1932 года к Эйзенштейну относились с недоверием и даже враждебностью. А в 193 на Всесоюзной конференции кинематографистов в СССР обвинили во всем, чем только можно, и даже в связи с троцкистами. Вся эта история с ненавистью к режиссеру началась после несостоявшейся картины «Бежин луг» и продолжалась вплоть до 1937-го. Когда товарищ Сталин простил Сергея Михайловича, то дал ему еще один шанс «поставить правильный фильм». Тогда-то и появился «Александр Невский». За эту ленту Эйзенштейну вручили Сталинскую премию и степень доктора искусствоведения, хотя он даже не защищал диссертацию.
Наум Клейман называет «Невского» «островом нашего кино» и «чрезвычайно сложным при большой простоте». Вот 5 причин, почему нужно посмотреть этот фильм:

  1. Музыку к фильму писал Сергей Прокофьев.
  2. Ради исторической достоверности некоторые сцены снимались на родине самого Александра Невского.
  3. Ледовое побоище снимали летом. Во дворе Мосфильма, на асфальте.
  4. Картину изымали из проката, чтобы в свое время не обидеть Гитлера.
  5. Фильм буквально разодрали на цитаты и фрагменты.

«К сожалению, я принадлежал к тем людям, кто без всяких оговорок был вдохновлён действительно гениальным фильмом Эйзенштейна «Александр Невский», не осознавая, что этот фильм… отравлял сознание … В тридцатые годы мы ещё были энтузиастами, мы хотели бороться с фашизмом, не подозревая, что вместе с направленной против «псов», против рыцарей-крестоносцев пропагандой принимаем яд шовинизма и ненависти ко всему чужеродному, иноплеменному и иноязычному»

-Лев Зиновьевич Копелев.

В моду пишу, потому что в детстве моя мама мне всегда говорила, что одеваюсь я как чучело. Тогда я правда выглядела не торт... Занимаюсь я откровенным ничем, прикрываясь словами «гедонист и богема». В связи с этим я могу целыми днями сидеть в Ленинке и читать литературу по режиссуре.


Еще статьи этого автора

Жизнь
Врубель. Сидящий
Ищем грань между сумасшествием и гениальностью Михаила Врубеля
Мода
Прикинься творческим
Если ты – офисный клерк, а творчество из тебя так и прет, самый лучший
Жизнь
Андрей Тарковский. Почему стоит знать его в лицо и в кадр?
Есть в мире такие люди, от которых хоть стой, хоть падай. Будь то писатели,
Мода
Праздничное настроение: 4 идеи новогодних образов
Если вы уже знаете, с кем и где, то остался главный вопрос: в чем
INSTAGRAM
Следите за нами в Instagram